Профессор В.Палей


Банда


Басмачи

Памир

Нам надо было идти на Памир, и мы послали в Алай киргизов с поручением передать всем, чтобы нас не боялись, потому что хотя мы и идем с отрядом, но намерения у нас мирные и никого из бывших басмачей карать мы не собираемся...

links

МЫ ОТПРАВЛЯЕМСЯ НА ПАМИРВ Геологическом комитете. Год 1930-й

скающего повода мальчугана. Лошадь попросту шутит с ним, но ему кажется, что само небо рушится с грохотом на землю и что у него постепенно отрываются руки, ноги и голова. На­тешившись его страхом, взмыленная лошадь, наконец, оста­навливается. Тогда мальчишка, еще не успев зареветь благим матом, слышит одобрительный смех собравшихся зрителей и, шмыгнув носом, всхлипнув разок, в первый раз воспламеняется гордостью и с видом победителя ведет назад иронически на­строенную лошадь и, по возможности незаметно, потирает, ушибленные места. С этого дня мальчуган становится подмастерьем караван-ского цеха. С этого дня он гордится своим общением с лошадь­ми. Лишь годам к восемнадцати своей жизни он понимает, что все приобретенные им познания дают ему право только подво­дить лошадей к вещам, которые будут навьючены на лошадь взрослыми караванщиками.

В самом деле, ведь надо одним глазом рассчитать груз так, чтобы он равномерно распределился на оба бока; надо без вся­ких весов подобрать мешки так, чтобы каждая половина вьюка весила роено три пуда, а если лошадь слаба, то надо при этом придать обеим половинам вид такой, чтобы каждая из них ве­сила в глазах нанимателя каравана ровно три пуда, хотя бы действительный их вес был в два раза меньше; надо положить груз на вьючное седло так, чтобы, он не свалился от тряски в пу­ти, чтобы он не набил животному бока, чтоб он не съехал на од­ну сторону, не нарушил равновесия лошади; надо угадать, где именно всего удобней для каждой лошади должен прийтись центр тяжести вьюка, где, с точки зрения закона о неравнопле­чих рычагах, надо приспособить привьючки.

Кроме того, у каждой лошади имеется свое собственное отношение к грузу. Одна ненавидит квадратные ящики, пред­почитая им узкие и продолговатые, другая в клочья изорвет о ближайшее дерево мешки с рисом, потому что ей не нравится тугое поскрипывание риса в мешке, но ничего не имеет против мешков с мукой... Словом, только к тридцати пяти—сорока годам караванщик научается с первого взгляда определять все самые затаенные черты лошадиных характеров и узнает все премудрости водительства караванов.

Поэтому нет каравана без старшего караванщика — кара-ваибаши, что значит на русском языке «глава каравана». По­этому лучшие, опытнейшие караванбаши славятся на всю Среднюю Азию.

Поэтому никогда не надо ничего советовать караванбаши в его деле, если нет желанья испортить груз, загубить лошадей и прослыть навсегда невеждой и глупцом среди всего племени караванщиков.

"Зато честный и опытный караванбаши может провести ка­раван за тысячи километров по труднейшим горным тропин­кам, по безводью и бездорожью, через гигантские перевалы, провести так, что к последнему дню путешествия лошади будут веселы и резвы, и сыты и можно будет гордиться их развитой мускулатурой, дыханием, поставленным, как у певца, крепо­стью копыт, надлежащей сухостью ног и отличным, спокойным нравом.

А груз... Вы можете быть совершенно спокойны: ни грамма груза не убавится в караване, если только- по вашему приказа-

нию он не будет расходоваться в пути. Ни расписок, ни догово­ров не нужно. Узбеки-караванщики не любят бумаг. Всякая