Профессор В.Палей


Банда


Басмачи

Памир

Нам надо было идти на Памир, и мы послали в Алай киргизов с поручением передать всем, чтобы нас не боялись, потому что хотя мы и идем с отрядом, но намерения у нас мирные и никого из бывших басмачей карать мы не собираемся...

links

МЫ ОТПРАВЛЯЕМСЯ НА ПАМИРВ Геологическом комитете. Год 1930-й

поднять за ушки пятипудовый мешок риса и навьючить его на лошадь. Лошадей он знал превосходно, умел их ковать и ле­чить. Хорошо стрелял и ничего не боялся.

Впервые на Памир он попал благодаря профессору Д. В. Наливкину.

В 1927 году Д. В. Наливкин занимался составлением геоло­гической карты Памира и делал общие геологические наблю­дения. До него геологи, посещавшие Памир, составляли только маршрутные описания, и почти никто из. них не пытался систе­матизировать геологические знания об этой в ту пору малоисследованной стране.

Д. В. Наливкин начал свои путешествия по Памиру в 1915 году. К своему отчету он тогда приложил схему древ­него оледенения Памира, иллюстрировал ее рядом детальных описаний и, сличив работы прежних геологов со своими, сде­лал, первую попытку дать общие геологические представления о Памире.

Отправляясь в 1927 году вноь в экспедицию на Памир, Д. В. Наливкин, — к этому времени уже один из виднейших в Советском Союзе палеонтологов и стратиграфов, — ненадолго задержался в Ташкенте. Однажды ему пришлось экзамено­вать ташкентских студентов-геологов. Лучше всех определил какую-то ракушку, лучше всех на все вопросы ответил студент Георгий Юдин.

Выяснив, что, кроме теоретических познаний, Юдин отлично владеет киргизским языком, а также обладает и хорошим зна­нием лошадей, Д. В. Наливкин предложил ему должность кол­лектора в своей маленькой экспедиции.

По окончании экспедиции Д. В. Наливкин помог Юдину поступить в Ленинградский горный институт.

В 1928 году Юдин участвовал в первой крупной Памирской комплексной экспедиции Академии наук СССР; в следующем, 1929 году, уже получив самостоятельное задание, Юдин побы­вал на Памире в третий раз.

Конечно, к 1930 году он был уже специалистом по изучению этой все еще малоисследованной высокогорной области нашей страны. И, конечно, он был увлечен Памиром!

Стол. За столом человек во френче, тонколицый, бледный, с черною бородой. Это человек гражданской войны. Вместо треска пулеметов за стенами его штаба сейчас треск «конти-ненталей» и «ундервудов». Он в штабе одной из армий, завое­вывающих недра земли. Его минуты рассчитаны. Его разгово­ры размеренны и лаконичны. Наступление назначено на нача­ло весны. Он со своими двумя заместителями должен принять восемьсот начальников, выслушать их доклады, дать им инст­рукции, утвердить намеченную ими дислокацию генерального боя. Восемьсот начальников могут быть в кожаных куртках, с полевыми сумками через плечо, с кобурами револьверов. Но могут быть и в пиджаках, в крахмальных воротничках, в ту­фельках на высоком лакированном каблуке. Внешность без­различна. Суть — одна. Каждый из них — командир поле­вого и боевого отряда армии геологов, разведчиков и поиско­виков. Перед Юдиным десяток затылков и спин. Очередь уменьшается. Юдин подходит к столу.

Распорядитель гладит черную бороду, поднимает строгие металлические глаза: