Профессор В.Палей


Банда


Басмачи

Памир

Нам надо было идти на Памир, и мы послали в Алай киргизов с поручением передать всем, чтобы нас не боялись, потому что хотя мы и идем с отрядом, но намерения у нас мирные и никого из бывших басмачей карать мы не собираемся...

links

МЫ ОТПРАВЛЯЕМСЯ НА ПАМИРВ Геологическом комитете. Год 1930-й

месткомы; люди волновались и суетились, спешили, забывали обедать, забывали адреса своих квартир и общежитий, забыва­ли своя имена. Восемьсот партий должны были выехать в по­ле до 1 мая. Восемьсот партий должны были всем обеспечить себя до зимы. Сотрудники восьмисот партий должны были де­сятки и сотни раз пройти взад и вперед по этому коридору.

Профессор Василий Дементьевич Палей медленно шел по коридору от дверей своего кабинета к кабинету директора Ин­ститута геологической карты. Из гущи людей навстречу ему выдвинулся человек громадного объема и роста, в сером, от­лично сшитом пиджаке, в тщательно проутюженных брюках. Чуть накрахмаленный воротничок, казалось, стеснял его за­горелую массивную шею. Толстые губы, широкие скулы, уз­кие прорези почти раскосых глаз — все его мясистое, словно с размаху выделанное лицо ясно свидетельствовало о его кир­гизском происхождении. Малахай и широкополый халат, каза­лось, гораздо более, чем аккуратный городской костюм, соот­ветствовали бы его обветренному лицу и массивной плечи-стости.

Посторонний человек, прежде чем заговорить с ним, вероят­но, невольным движением оглянулся бы, ища переводчика. Однако, надвинувшись на Палея, этот киргизского облика мо­лодой человек произнес без всякого акцента, по-русски, мяг­ким, немного грудным голосом:

— Простите, Василий Дементьевич... Парочку слов... Не за­держу вас? Или вы спешите?

Профессор Палей остановился и приветливо улыбнулся:

-— Нет, почему же, Георгий Лазаревич... Пожалуйста... Я — в заседание, но там начать могут и без меня. Успею. Да... Искренне рад вас поздравить. С чем именно, Василий Дементьевич?

Ну, как же, как же... В мое время молодой человек, успешно окончивший институт, вспрыскивал свое звание горно­го инженера, по меньшей мере, дюжиною шампанского. Иск­ренне поздравляю. Теперь получайте партию и поезжайте начальником... Куда думаете? Давайте отойдем в сторонку, вон как толкаются и разговаривать не дадут.

Собеседники прижались к перегородке, за которой стреко­тали пишущие машинки. Оба они не уступали друг другу в ро­сте, но профессор Палей сейчас казался тощим и жилистым, а. его тонкий с горбинкою нос и сухо поджатые узкие губы де­лали его когда-то красивое лицо острым и худосочным. Чуть заметное вздрагивание выпуклых мелкоморщинистых век вы­давало давно уже нажитую им неврастению. Здоровое, полно­кровное лицо собеседника вызывало в нем чувство зависти, впрочем совершенно им неосознанное. Профессор Палей вынул из жилетного кармана серебряный портсигар и раскрыл его перед молодым геологом.

— Не курю.

— Ах, простите, пожалуйста... Слушаю вас, весь внимание.

— Так вот, Василий Дементьевич. Шампанского- мнеи пробовать не приходилось. А звание свое я с удоволь­ствием отметил бы, но иначе. Меня на Урал хотят отправить, а мне хотелось бы взять другой район. Что я Уралу и что мне Урал? Думается, в другом районе я могу принести больше
пользы...

Профессор Палей прищурился:

— Что, дорогой мой, на экзотику потянуло? Знаю я, на Памир хотите!

Юдин подобрал губы; лицо его приобрело выражение дело­витой серьезности: